«Российская юстиция» № 8/2025: Пушкин, личность и судебная власть, постклассическая юридическая антропология, диалог юристов и историков
Уважаемые читатели!
Право — это одновременно миф и текст, а потому не будет преувеличением сказать, что в основе практически всех художественных произведений лежит юридический конфликт, который и двигает сюжет, раскрывает характеры, формирует нарратив. Даже описания природы, пейзажи или натюрморты кажутся лишенными правовой канвы только на первый взгляд. Например, на выставке Ильи Машкова, идущей сейчас в Третьяковской галерее, можно обнаружить натюрморты с традиционными предметами быта и черепами, оказавшимися на картине то ли по иронии автора, то ли благодаря его серьезному взгляду на мертвое как забывшееся сном живое, то ли за счет психологизированного восприятия преступления через предметы, ребусом разложенные на холсте. Еще вероятнее отыскать правовую фабулу в литературе. Так, у А.С. Пушкина взгляд юриста нашел порядка 100 криминальных сюжетов, которыми можно проиллюстрировать весь современный Уголовный кодекс. О Пушкине, черпающем вдохновение из правовых конфликтов, рассказывается в рубрике «Культурный код».
В целом август для авторов нашего журнала — не время отпускного настроения и лености мысли. Одно только содержание выпуска звучит как синопсис правовой драмы. От Пушкина читатель перейдет к высоким материям конституционных основ взаимоотношений личности и судебной власти — статье Николая Бондаря. Эффективность реализации юстициарных прав в процессе как основной индикатор отношений «судебная власть — личность» применительно к правосудию по гражданским, уголовным и административным делам будет раскрыта в статьях Екатерины Михайловой,Игоря Звечаровского и Сергея Малахова соответственно.
Каждый из авторов восьмого номера журнала «Российская юстиция» исходит из человекомерности права. Выстроенные представления о праве и правовой реальности позволяют формировать последнюю только в связи с существующей и действующей в ней личности. Но эта задача не так легка и требует постоянной интеллектуальной поддержки, поэтому практически каждый выпуск издания обращается к теории права, демонстрируя, какие новые идеи и взгляды питают правовую материю страны. Тем более что антропологический поворот юриспруденции конца XX в. позволил уйти от восприятия права как догмы и расширить границы правовой реальности. О постклассическом подходе к социокультурной антропологии права, а также о видении антропологии права как методологии всей юриспруденции, позволяющей «гораздо полнее и глубже осветить любой институт права, любую юридическую тему или проблему», пишет Илья Честнов.
Наконец, в рубрике «Научная жизнь» августовского выпуска вы найдете остроумную и живую беседу, к которой при желании сможете присоединиться: мы формируем редакционный портфель 2026 года и приглашаем своих читателей к активному участию в жизни старейшего юридического журнала страны.
Ведь именно читатели и авторы создают историю на печатных страницах, которые никогда не канут в Лету и не проиграют искусственному интеллекту, поскольку история пишется и проживается исключительно людьми.